Защита Никиты Тихонова и Евгении Хасис собралась обжаловать приговор

Адвокаты националистов Никиты Тихонова и Евгении Хасис, признанных в четверг коллегией присяжных виновными в убийстве адвоката Станислава Маркелова и журналистки «Новой газеты» Анастасии Бабуровой, заявили, что обжалуют предстоящий приговор. Защита считает решение присяжных несправедливым, поскольку судья якобы вел процесс предвзято, а на самих присяжных оказывалось давление. Представители обвинения и потерпевших, напротив, считают вердикт, в соответствии с которым подсудимые не заслужили снисхождения ни по одному из пунктов обвинения, справедливым.

Вынесенный в четверг вечером вердикт, как и ожидалось, не устроил представителей защиты Никиты Тихонова и Евгении Хасис. Но особое недовольство у них вызывало то, что по ряду принципиальных вопросов для оправдания подсудимых не хватило всего лишь одного голоса. Так, при ответе на второй вопрос: «Доказано ли, что это деяние (убийство адвоката Станислава Маркелова.— „Ъ“) совершил подсудимый Тихонов Н.А. совместно с Хасис Е.Д и другими неустановленными лицами?» — голоса присяжных разделились как семь «да, доказано» против пяти голосов присяжных, считавших, что «нет, не доказано». То же соотношение голосов повторилось не только при ответе на пятый вопрос, где присяжных спрашивали о причастности к убийству адвоката Евгении Хасис, но там, где задавался вопрос о виновности подсудимых в «незаконном обороте огнестрельного оружия, совершенного организованной группой». Если бы голоса присяжных при ответе на эти вопросы разделились поровну, то, согласно «презумпции невиновности», все неустранимые противоречия должны трактоваться в пользу подсудимых. На практике это означало бы их оправдание по этим пунктам.

При ответах на большинство остальных вопросов у присяжных также не было единодушия. А это лишь укрепило адвокатов во мнении, что при повторном процессе у обвиняемых есть шанс на оправдательный вердикт. Поэтому об обжаловании будущего приговора адвокаты заявили буквально через несколько минут после оглашения решения коллегии присяжных.

«Этот вердикт недопустимый и незаконный,— заявил на импровизированной пресс-конференции адвокат Никиты Тихонова Александр Васильев,— и мы будем его обязательно обжаловать». Ему вторил адвокат Евгении Хасис Геннадий Небритов. Намекая на имевшиеся в ходе процесса нарушения, он напомнил, что «о сотрясавших эту коллегию присяжных скандалах знает вся страна, поэтому и доверия к их решению быть не может». На следующий день, когда страсти улеглись, защитники более обстоятельно объяснили причины, по которым намерены обжаловать еще не оглашенный приговор.

«Если говорить о вердикте, то он по закону не обсуждается,— сообщил „Ъ“ господин Васильев.— Но зато обжалуется приговор. И если в ходе процесса имелись процессуальные нарушения, то его не только можно, но и нужно оспорить».

Основные претензии адвокаты адресуют председательствовавшему по делу судье Александру Замашнюку, со стороны которого, считают адвокаты, «имели место нарушения Уголовно-процессуального кодекса». «Именно благодаря позиции судьи,— считает адвокат Васильев,— на процессе были оглашены недопустимые доказательства. В частности, протокол обыска в квартире, которую снимали Никита Тихонов и Евгения Хасис (там был изъят целый арсенал, включая и пистолет „Браунинг“ модели 1910 года, из которого были застрелены адвокат Станислав Маркелов и журналистка „Новой газеты“ Анастасия Бабурова.— „Ъ“)». «Согласно протоколу, Тихонова и Хасис попросили сначала добровольно выдать незаконные предметы, но перед этим Тихонова обыскали, что являлось беззаконием,— подчеркнул адвокат.— Ведь обыскивать имеют право подозреваемых, а Никита Тихонов был тогда свидетелем».

К тому же судья, по мнению защитника, проигнорировал факт сбора присяжным под номером один сведений о существе дела из СМИ, хотя по закону присяжные должны руководствоваться лишь фактами, исследованными с их участием в суде.

«Кроме того, судья отказывался рассматривать наши ходатайства,— отметил адвокат Васильев.— Не отклонял, а просто отказывался рассматривать. А когда мы попытались отстранить судью от ведения процесса, он вообще запретил заявлять ему отводы». Зато, отметил Александр Васильев, сам судья «отстранил от участия в процессе адвоката Максима Короткова-Гуляева (экс-защитник Евгении Хасис.— „Ъ“), а в ходе прений лишил защитников права на реплику». Ему вторил адвокат Евгении Хасис Геннадий Небритов. «Если принять все доказательства защиты за 100%, то в суде было оглашено не более 3%», — заявил он.

Потерпевшая сторона считает иначе. «У меня по понятным причинам хорошее отношение к вердикту,— заявил „Ъ“ адвокат семьи Бабуровых Владимир Жеребенков.— Я удовлетворен, хотя дело действительно было сложным. Защита подсудимых часто выходила за грань дозволенного, провоцируя обвинение». Однако, считает адвокат Жеребенков, представителям защиты не удалось опорочить суд, прежде всего, потому, что «следствие по делу было проведено в высшей степени профессионально». «Поэтому присяжные и смогли разобраться в этом деле,— заявил Владимир Жеребенков.— Даже несмотря на то, что суд шел со скандалами». К тому же в конце разбирательства подсудимые Тихонов и Хасис симулировали суицид, что адвокат расценивает как попытку оказания давления на присяжных. «Они пытались бить на жалость,— считает адвокат Жеребенков.— Либо попросту затянуть суд, чтобы после майских праздников возникли сложности со сбором коллегии присяжных и, как следствие, с вынесением вердикта. Но это им не удалось».

Брат погибшего адвокат Михаил Маркелов, комментируя заявление защиты подсудимых об обжаловании приговора, был более эмоционален. «Мне плевать, что они там заявляют,— возмутился господин Маркелов.— Что хотят, то пусть и делают. Хоть вены режут, хоть „зиг хайль“ кричат. Сами хотели присяжных, чтобы все было по-честному, вот и получили». При этом главную свою заслугу Михаил Маркелов видит в том, что, благодаря его усилиям и участникам «команды», процесс по делу об убийстве его брата и журналистки «Новой газеты» вообще довели до конца. «Мы вышли на приговор, а это главное,— заявил Михаил Маркелов.— Поэтому свой долг перед Стасом (Станислав Маркелов.— „Ъ“) я считаю выполненным».

Алексей Соковнин, статья в «Коммерсантъ-Online» от 29.04.2011