Хасис и Горячев дали показания

Показания вышли из-под давления

В процессе по делу Никиты Тихонова и Евгении Хасис огласили показания ключевого свидетеля обвинения — лидера «Русского образа» Ильи Горячева. За время следствия Горячев успел отказаться от своих показаний, в которых заявил о виновности Тихонова и Хасис в убийстве Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой. Во вторник стало известно, что в январе свидетель направил в суд еще одно письмо, в котором объяснил, что отрекся от показаний под давлением Тихонова, который угрожал ему из СИЗО.

Во вторник защита Никиты Тихонова и Евгении Хасис, обвиняемых в убийстве адвоката Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой, завершила представление доказательств, продемонстрировав видеозапись пресс-конференции в «Независимом пресс-центре», после которой был убит Маркелов и зачитав протокол допроса правозащитницы Натальи Эстемировой. На конференции Маркелов говорил о деле полковника Юрия Буданова и возмущался его досрочным выходом на свободу. Эстемирова (она была убита в Ингушетии в июле 2009 года) рассказывала следователям, что адвокат занимался так называемыми чеченскими делами, в том числе представлял интересы потерпевших по делу милиционера Сергея Лапина (Кадета).

Прокурор Борис Локтионов, когда защита завершила выступление, объявил: «У прокуратуры есть дополнительные доказательства». Первым таким дополнением стало оглашение допроса Ильи Горячева — свидетеля обвинения, которого так и не удалось доставить в суд.

На допросе в ноябре 2009 года, вскоре после задержания Тихонова и Хасис, лидер националистической организации «Русской образ» Горячев дал против них показания следователю Следственного комитета (СК) Игорю Краснову, рассказав на допросе, что Тихонов лично сообщил ему о своей роли исполнителя убийства. Хасис, с которой Горячев общался, тоже давала понять, что имеет отношение к этому преступлению, рассказав, что 19 января была на Пречистенке. Эти же показания Горячев дал в апреле 2010 года на повторном допросе, а незадолго до начала процесса в Мосгорсуде попросил предоставить ему государственную защиту. Горячев был в списке обязательных для вызова свидетелей со стороны обвинения, но в процессе так и не появился: его явку не удалось обеспечить ни одной из сторон. Оперативники, опросившие отца свидетеля Виталия Горячева, сообщили прокуратуре, что его сын находится в Сербии и возвращаться в Россию не планирует.

Несколько недель назад, когда процесс в суде уже шел полным ходом, в журнале The New Times появилась статья о свидетеле Горячеве с его собственным заявлением об отказе от показаний, заверенным нотариально. Документ датирован 27 августа 2010 года, в нем Горячев сообщает, что его заставили оговорить Тихонова и Хасис, пригрозив признать его третьим соучастником убийства.

Когда защита подсудимых, протестуя против оглашения обвинительных показаний Горячева, попросила зачитать присяжным это заявление, судья Александр Замашнюк сообщил, что это не единственное письмо, которое свидетель написал в Мосгорсуд.

Замашнюк подтвердил, что отказ от показаний в суд действительно поступал, произошло это 21 марта 2011 года. Письмо было отправлено из Москвы 17 марта. «Ранее, 17 февраля, в Мосгорсуд поступило еще одно письмо — рукописное на трех листах. Оно было отправлено 18 января», — сообщил судья, не уточнив, откуда пришла эта депеша. В документе, который тоже подписан Ильей Горячевым, говорится, что осенью 2010 года на него вышли знакомые Тихонова, которые убеждали его в необходимости изменить показания и пугали дискредитирующими публикациями, которые якобы готовит лидер «Русского вердикта» и друг Хасис Алексей Барановский. Позже из «Лефортово» позвонил сам Тихонов, сказав, что «эти показания никуда не годятся». «Он сказал, что надо не просто отказаться от показаний, но и убедительно придумать, какими именно способами оказывалось давление», — зачитывал судья Замашнюк. Тихонов с соратниками якобы советовали Горячеву явиться лично или передать письменный отказ через адвокатов.

Когда судья закончил читать письма свидетеля, прокурор Локтионов предложил огласить все эти отказы и отказы от отказов в присутствии присяжных заседателей, которые это обсуждение не слышали. «Не думал, что скажу это, но я поддерживаю прокурора», — заявил адвокат Тихонова Александр Васильев. Против был только представитель семьи погибшего Маркелова Роман Карпинский: он пояснил, что в заявлении Горячева содержатся сведения, которые характеризуют Тихонова не с лучшей стороны — в частности, сообщение об угрозах по телефону. Если это огласить перед присяжными, Тихонов и сторона защиты сможет в дальнейшем поставить под сомнение и оспорить вердикт, который они вынесут.

В итоге судья Замашнюк заявил, что оглашать прокуратуре позволено только те показания, которые Горячев дал под видеозапись — и никаких дополнительных документов.

«С Никитой мы познакомились в университете. В 2006 году он пропал, потом почти год не виделись, пока он сам не вышел на связь», — рассказывал присяжным с экрана свидетель Горячев — скованный молодой человек в очках, сидевший в кабинете следователя Краснова прямо в осенней куртке. По словам Горячева, который назвал себя «одним из лидеров традиционалистской антилиберальной антитолерантной организации «Русский образ», они с Тихоновым общались довольно плотно до тех пор, пока их взгляды на «русское движение» не разошлись. Сам Горячев был за легальную политическую борьбу, Тихонов, находившийся в розыске за убийство антифашиста Александра Рюхина (это обвинение с него сняли после ареста), считал, что «легальный путь развития — это компромисс, который отвлекает людей от борьбы с системой».

В одном из таких споров накануне концерта правых групп «Хук справа» и «Коловрат», который организовывал «Русский образ», Тихонов и сказал Горячеву, что имеет отношение к убийству Маркелова, уточнив, что «был его исполнителем».

«Он рассказал, что сначала застрелил Маркелова, потом Бабурову, которая попыталась ему помешать, — теребя рукав куртки, откровенничал со следователем Горячев. — Я был в шоке, испугался». Этот рассказ лидер «Русского образа» воспринял как намек на угрозу в свой адрес. Он испугался еще больше, когда понял, что Тихонов и Хасис знакомы и оба участвовали в этом преступлении. Подсудимая Хасис, когда речь зашла о ней, перестала нашептывать что-то сидящему рядом Тихонову и с суровым выражением лица скрестила на груди руки.

«Мы общались в основном в ЖЖ, виделись всего несколько раз», — вспоминал о Хасис свидетель, который знал подсудимую в основном под ником sheney — так назывался ее блог в «Живом журнале». Она тоже отстаивала путь радикального национализма, но Горячев уверяет, что не знал об ее отношениях с Тихоновым. «Я понял, что они вместе, когда она сказала, что тоже была на Пречистенке 19 января. Она четко не определяла свою роль, но я так понял, что это было что-то вроде разведки», — сообщил следователю Горячев.

Еще один свидетель, который не появился в суде, хотя был вызван стороной обвинения, — Дмитрий Орлов, обнаруживший пулю на месте убийства Маркелова и Бабуровой.

Орлов, как сообщили суду его родители (у них взяли объяснение оперативники), постоянно живет в США, в Сан-Диего, уже 11 лет и в ближайшее время в Москву не собирается. В январе 2009 года он приезжал к родителям и, когда узнал, что в центре столицы застрелили известного адвоката и правозащитника Маркелова, решил возложить цветы к месту его гибели. Орлов (прокурор Локтионов зачитал его показания в суде) стоял недалеко от угла дома № 1, у которого были застрелены адвокат и журналистка, когда заметил на земле металлический предмет, оказавшийся пулей. Он показал его милиционеру, а тот отвел к членам следственной группы, которые сами продолжали искать пули на Пречистенке, но безуспешно. Третья пуля (первую извлекли из головы Маркелова, вторую обнаружил Орлов) так и не была найдена.

Елена Шмараева, статья от 12.04.2011 на сайте «Газета.ру»