Разговоры на кухне Театра.doc

В начале октября Театр.doc1 представил публике первый рабочий эскиз к спектаклю «Раса» под названием «Разговоры на кухне за два дня до ареста». В основе пьесы, автором которой является журналист «Новой Газеты» Сергей Соколов, лежат расшифровки записей прослушки квартиры, где до ареста жили Никита Тихонов и Евгения Хасис. Расшифровка была озвучена на суде по делу об убийстве Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой. Работа над полноценным спектаклем сейчас в середине своего процесса. Своими впечатлениями от «разговоров на кухне» Театра.doc с читателями Антифа FM поделился один из зрителей на процессе по делу неонацистов Тихонова и Хасис.

Часто ли с вами бывало, что в самых обыкновенных окружающих вас людях открываются порой иные стороны их жизни, причём, такие стороны, которые по масштабам своим превосходят все прежние представления о человеке. В театре.DOC своё представление о масштабах, ведь они играют спектакль на небольшом, ничем не отделённом от зрителей пятачке, а всё величие и трагедия человеческой личности, масштаб и резонанс громкого преступления умещаются на двух небольших стульях. Это нарочитое упрощение, сведение сложных умозаключений к элементарным схемам и фундаментальным понятиям позволяет порой разглядеть истинную ценность многих вещей. Лучшей иллюстрацией к тому один из моих любимых афоризмов Станислава Ежи Леца: «Национализм может быть огромным. Но великим — никогда».

Убийство Стаса Маркелова и Насти Бабуровой имеет огромное значение в жизни нашей страны и ещё займёт своё место в учебниках истории. Практически с самого начала у меня не было сомнений в националистической подоплёке этой трагедии, т.к. я, бывший когда-то активным футбольным фанатом, своими глазами наблюдал ползучую правую радикализацию этой среды, я понимал, что они не будут всегда удовлетворяться банальным уличным насилием, я ждал, что когда-нибудь у них появится свой Нечаев, способный пойти до конца. И вот они появились — Тихонов и Хасис — первые русские террористы XXI века, в том смысле, что масштаб их преступления выходит далеко за рамки устранения двух людей и, в первую очередь, преследует своей целью устрашение общества.

Сцена из спектакля «Раса»
Сцена из спектакля «Раса»

Именно поэтому такое внимание привлекли к себе эти «разговоры на кухне», ведь люди через искусство хотят увидеть за огромным преступлением не менее огромные фигуры убийц, этаких монстров во плоти, несущих в мир абсолютное зло фашизма. А в место этого они лицезрели перед микрофонами двух молодых людей, менее всего по своему внешнему облику подходящих на роли страшных преступников, они зачитывали отрывки из диалогов работника ларька по продаже шин Комарова2 и его гражданской жены Хасис, продавщицы в спортивном магазине, которые снимают комнату у одинокого пенсионера (ему нужны деньги на операцию) в маленькой двухкомнатной квартирке на улице Свободы и обсуждают какие-то свои внутренние проблемы, каких-то людей, чьи имена без дополнительного пояснения на экране ничего не говорят постороннему зрителю, а также вопросы чести, предательства, совести и разбросанного по всей комнате оружия. В этой бетонной коробочке торговец шинами и продавщица спортивного магазина решают между собой кому жить, а кому нет.

После спектакля актёры, читавшие роли, осуществили намеренную (как я полагаю) художественную провокацию, заявив, что они, конечно, нисколько не разделяют идеи своих героев, но при этом «преклоняются» перед людьми, способными пойти до конца и осуществить радикальный поступок. Специально для них хочу сообщить, что Тихонов и Хасис так и не дошли до конца — сотрудники изолятора смогли вовремя пресечь их синхронную (очевидно, заранее обговоренную) попытку суицида. Так они и сидели во время приговора — как два недорезанных идиота — один с забинтованной шеей, вторая с такой же рукой.

При этом «очарование зла» не миновало многих правозащитников и журналистов, особенно тех, для которых любой сидящий за решёткой человек априори является жертвой режима. В ходе судебного процесса для меня оставалось загадкой, почему подсудимые позволяют своим адвокатам вместо дела заниматься пиаром, ведь они, по сути, не опровергли ни одно из прямых доказательств (орудие убийства, найденное при обыске, показания свидетелей, записи видеокамер, следы пороха на одежде и т.п.). Вместо этого защитники приглашали на суд таких странных свидетелей, как журналист Левкович (умудрявшийся при этом писать о процессе для либерального журнала New Times), который поведал всем, что ему было откровение через скайп от свидетеля Горячева с глубоким покаянием и решительным отказом от прежних показаний, направленных против Тихонова3. Или таких, как националист Барановскоий, друг Хасис, который, видимо, не имея особых литературных талантов, как мог сочинил историю о том, что во время убийства он «вместе с Женей» выбирал коллекционное шампанское на свой день рождения4. Какая прелесть! Хорошо помню, как помрачнел тогда и стал более угрюмым Никита Тихонов, очевидно, осознавший, что на него уже все забили и пытаются отмазать хотя бы Хасис. Всё это вместе, помноженное на грамотный пиар, обильно приправленное множеством информационных вбросов и утечек, разбавленное горькими слезами адвокатов, изображающих из себя правдорубов, которым «затыкают рот», перемешанное со всякого рода фейковыми свидетелями, высосанным из пальца алиби и не имеющими отношения к делу обстоятельствами, в довершение посыпанное сверху романтической историей насильно разлучаемых влюблённых, было в горячем виде подано на стол общественной дискуссии. Общественность наша, не привыкшая ещё к подобного рода яствам, переварила их как могла.

Последствия этого пищевого отравления ощущаются до сих пор, в том числе и в зрительских оценках спектакля. Опять прозвучали привычные фразы, что «не всё так просто» и «надо разобраться в юридических тонкостях». Для утончённой публики такие вещи, может быть, действительно представляются слишком сложными, но для человека, который «целый день ходил бы и убивал» всё это просто... слишком просто. Всё-таки никакой другой театр не смог бы поставить этот материал так как надо, чтобы уйти от ковыряния в сложных душевных переживаниях а-ля Раскольников и показать чистое дистиллированное зло. Скучнейшая, надо сказать, вещь — это самое зло, высказываемое, к тому же, примитивным (наиболее подходящим ему) языком. Неправы были те зрители, которые говорили, что это какой-то особенный язык фашистского подполья. Во-первых, подполья как такового не существует, оглянитесь, эти люди живут среди нас, они учатся в вузах, имеют нормальную работу, разговаривают с нами на одном языке. Разница в том, что когда их подслушивает ФСБ, то мы имеем обычный, в общем-то, бандитский жаргон, стилизованный под особенности субкультуры, а когда мы приходим в суд, то слышим грамотную и связанную речь образованных людей, которые умеют достаточно хорошо выражать свои мысли.

Но, увы, нет в этих судебных речах, как и в «разговорах на кухне» ничего такого важного, что имело бы для нас с вами какое-то значение, мало ли сколько ещё таких же преступников сидят сейчас на своих кухнях, рассуждают о банальностях, решают кого убить или как правильно сделать массаж. Настоящая трагедия Тихонова и Хасис в том, что они возомнили себя чем-то больше, нежели простые убийцы, они не понимали, что все эти «красивые» идеи, все эти рассуждения о чести и достоинстве рассеются как дым после выстрела, а в конечном итоге останутся только трупы, как стреляные гильзы. Да они и сами оказались этими одноразовыми гильзами. Отстрелялись.

Алексей Никитин

Примечания

  1.  Театр.doc был создан в 2001 году несколькими драматургами. Это негосударственный, некоммерческий, независимый, коллективный проект. Многие работы выполняются волонтерами, на добровольной основе. C 2002 года в театре поставлено более 50 спектаклей, проведено множество культурных акций, поэтических и кино вечеров. О спектаклях театра написано множество статей, им присуждены самые различные призы, они были приглашены на престижные театральные фестивали в Польше, Франции, Германии, странах Балтии, в крупных российских городах. Театр получал премии «Самый креативный театр» журнала «Креатив», 2003 г., кинофестиваля «Сталкер», 2005 год. www.teatrdoc.ru
  2.  На съёмной квартире Никита Тихонов жил по поддельному паспорту на имя Комарова
  3.  Хасис и Горячев дали показания // Антифа FM
  4.  Карточный домик алиби Евгении Хасис // Антифа FM