Отец фигуранта «пензенского дела» Николай Бояршинов и другие петербуржцы провели одиночные пикеты на Невском

На Невском проспекте прошли одиночные пикеты в поддержку анархистов, арестованных по делу о создании «террористической ячейки» под названием «Сеть», сообщает Rupression.

В одиночных пикетах принял участие отец фигуранта «дела "Сети"» Юлия Бояршинова Николай Бояршинов. Он стоял возле Малой Садовой с плакатом «Мой отец воевал против фашистов, а сын-антифашист арестован ФСБ. Мы победили фашистов или заразились фашизмом?». С этим же плакатом он посетил 9 мая акцию «Бессмертный полк».

Дело «Сети» началось осенью 2017 года, когда в Пензе арестовали шестерых человек, которые разделяли антифашистские взгляды и играли вместе в страйкбол. По версии ФСБ, молодые люди из Петербурга и Пензы планировали организовать госпереворот и построить «анархистское государство».

В январе 2018 года, по тому же делу в Петербурге арестовали ещё троих антифашистов. Бояршинов — один из них, он работал в Петербурге промышленным альпинистом, его родители — художники. Изначально его обвиняли в незаконном хранении взрывчатых веществ (у молодого человека нашли 400 граммов дымного пороха, который используется для изготовления пиротехники). В участии в «террористическом сообществе» Бояршинова обвинили в апреле.

Через адвокатов и антифашисты заявили, что сотрудники ФСБ избивали их и пытали током с помощью электрошокеров. Следы пыток на теле петербуржца Виктора Филинкова зафиксировали члены региональной общественной наблюдательной комиссии.

О пытках и неприемлемых условиях содержания сообщали и другие фигуранты дела. На одиночных пикетах 11 мая активисты собирали подписи под требованием о переводе Юлия Бояршинова в другую камеру. Задержаний на пикетах не было.

Николай Бояршинов рассказывает, что уже больше трёх месяцев не может общаться с сыном, им не дают свиданий, на суде им не дали возможности поговорить. Переписываться тоже нет возможности, потому что в СИЗО-6 не работает цензура, а значит, нет и переписки. Связь поддерживают только через адвоката, но она дала подписку о неразглашении, и мало что может рассказать.

Николай Бояршинов

Николай Бояршинов, отец Юлия Бояршинова

— В деле пока нет никаких изменений, но они были после того, как началась огласка, появились публикации в СМИ. У нас появилась надежда, что его все-таки переведут в другую камеру из той, где полторы сотни человек и не хватает даже спальных мест.

Мы ходили к начальнику ФСИН по Петербургу и Ленобласти, он так рассказывал, какие шикарные условия в СИЗО-6, что мы даже удивились, что он сам там не сидит. Он и пообещал перевести сына, но пока это ничем не закончилось.

Гласность этого дела нам очень помогает, когда СМИ начали об этом писать, мы по крайней мере поняли, что он хотя бы останется жив, потому что его ведь могли превратить в овощ или убить. Нам было очень страшно, и любая жалоба могла обратиться против него. Сейчас я больше всего боюсь, что внимание ослабеет, его забудут, и всё начнётся с самого начала.