Денис Солопов: «У меня одно желание — вернуться»

На днях в столице Голландии, Амстердаме, прошла выставка «Putin welcome back» приуроченная к итогам президентских выборов в России. В ней принял участие художник, социалист и антифашист, политэмигрант Денис Солопов. В интервью корреспонденту Рабкор.ру он рассказал о том, как живут в «сытой и благополучной» Европе, поделился своими мыслями касательно текущих политических процессов, происходящих в нашей стране, а также поделился мыслями о преследованиях антифашистов в России.

Расскажи про выставку «Putin welcome back» в Амстердаме, в которой ты участвовал?

Меня пригласили принять участие в этой выставке куратор московской галереи «Жир» Таня Волкова и Катя Соколова, которая в данный момент проживает здесь же. «Putin welcome back» — это выставка русского активистского искусства в Амстердаме, приуроченная к выборам в России. В ней были представлены две мои работы, которые уже выставлялись в Москве, одну из них я нарисовал, когда скрывался, находясь в розыске, а другую в камере Лукьяновской тюрьмы, когда меня арестовали.

В основном на выставке были фотографии уличных акций, перформансов политического и социального характера. Также проводились показы документального кино, скайп-конференции с активистами из России, различные дискуссии. Но честно говоря, на мой взгляд, все было как-то слишком «мажорно».

  Видео с выставки «Putin welcome back»: youtu.be/91OWPCQH8Do

Какие еще работы ты нарисовал будучи в эмиграции?

Я нарисовал достаточно концептуальный портрет Вовы Беспредела, ростовского бандита из станицы Кущевская, с которым познакомился в Лукьяновской тюрьме. Вова шел этапом, ему предстояла экстрадиция в Москву из города, где его задержали. На тот момент я не знал, что он как-то связан с массовыми убийствами в Кущевской. Никто не называл его по прозвищу «Вова Беспредел», для всех он был просто Вовой Ростовским. При личном общении, он совсем не показался мне таким монстром, каким его представляют в СМИ. Он был вполне начитанным, эрудированным спортсменом. На фоне окружавших нас в камере наркоманов, нам было о чем с ним поговорить. Мы с Вовой сошлись на почве совместных занятий спортом, пока сидели, изготовили самодельные боксерские лапы. Помимо этого ему предстояла экстрадиция в Россию, которая угрожала и мне. Мы обсуждали и какие-то общественно-политические события, криминал в ростовской области, но в диалогах с ним станица Кущевская никогда не упоминалась. Вова мне рассказывал как баллотировался в местные депутаты. В целом, он производил впечатление молодого перспективного чиновника, с определенным колоритом.

Расскажи на каких условиях ты находишься сейчас в Голландии? Каково быть политическим беженцем?

Сейчас у меня есть вид на жительство, id-карта, то есть, фактически, я обладаю всеми правами гражданина, кроме права голоса. Да мне, в общем-то, это право голоса и не нужно здесь. Это не моя страна. Зато в Амстердаме я проголосовал на избирательном участке во время выборов президента России.

И за кого голосовал?

Естественно за дядюшку Зюганова. Посчитал, что не пойти голосовать было бы не правильно, а графы против всех нет. Так что, надо было идти и голосовать за кого-нибудь кроме Путина. А за кого? Прохоров — хипстерская подстилка. Жириновский — с ним все понятно. Миронов — тоже не серьезно. Так что, проголосовал за наиболее близкого мне по духу Зюганова.

Денис Солопов на избирательном участке в Амстердаме
Денис Солопов на избирательном участке в Амстердаме

Не боялся идти голосовать? Ведь ты объявлен в розыск?

Ну да, официально я объявлен в федеральный и международный розыск, но на территории Европы статус беженца позволяет мне свободно перемещаться по странам. Так что, я спокойно пришел на избирательный участок в Амстердаме. В Голландии их было всего два: в посольстве России в Гааге и в Амстердаме. Непосредственно в голландской столице нет дипломатических представительств России, но здесь проживает много наших соотечественников. Поэтому тут было организованно помещение с избирательными урнами. Мне даже не понадобился российский паспорт, оказалось достаточно нидерландской id-карты, где указано, что я гражданин России.

Я почти целый день провел на участке, отвлекался только на обед. Смотрел, чтобы не было никаких «каруселей», подвозных автобусов, там, с «Нашими» или с таджиками со строек. Так что я все проконтролировал на своем участке.

А как голосовали русские в Амстердаме?

Ну, в основном, за Прохорова, как ни странно, и многие за Путина. За Зюганова мало, конечно. Здесь люди многие давно в отрыве от российских реалий, но тоже чувствуют, что раскачивать лодку надо хоть как-то.

Ты в данный момент где-то работаешь?

Отсутствие знания голландского не позволяет мне работать здесь официально, а нелегально получается очень рискованно и для меня, и для работодателя. Тут государство жестко за этим следит.

Так что, я ежемесячно объедаю королеву на размер своего пособия как беженец. Все-таки она меня сама пригласила. Официально, через УВКБ ООН меня признали беженцем по приглашению королевы. У меня даже бумага специальная по этому поводу есть.

А королева в курсе, что ты социалист и выступаешь против монархии?

А почему бы и нет? Может и знает. Вообще она здесь достаточно аполитичная, по-моему. Она также существует за счет налогоплательщиков, и особо не вкалывает. Так что не удивлюсь, если она даже лично разбирает дела политических беженцев.

А если говорить серьезно, то здесь существует прогрессивная система налогообложения, которая позволяет всем вполне сносно существовать. У меня сейчас есть социальное жилье предоставленное государством — квартира в двухэтажном домике в маленьком городке. Вокруг, в основном, живут голландские пенсионеры.

Но бездельником я быть не хочу. Хожу на языковые курсы, чтобы получить документы подтверждающие знание языка. Тогда сразу смогу найти себе работу.

Ты общаешься главным образом с русскими, живущими в Нидерландах или с местными левыми и анархистами?

В основном с соотечественниками общаюсь. Это абсолютно разные люди. Например, русские граждане Узбекистана, которые бежали от антирусских погромов после развала Союза. Пересекаюсь постоянно с русскими антифашистами, которые в силу обстоятельств учатся или работают в разных европейских городах. Часто езжу к кому-нибудь в гости.

С местными мне конечно мешает языковой барьер полноценно общаться. Здесь в странах Бенилюкса активисты анархистского толка, они очень расслабленные все. По сути у них нет особо никаких забот. Они живут в самом логове капитализма, но не чувствуют его на своей шкуре. Они заняты маргинальным активизмом, мало интересным простым людям. Анархисты никак не опасны для существующего порядка. Основная масса активистов — это сквоттеры. Наиболее боевые из них — это мигранты из восточной Европы. В тоже время некоторые из них вовсе не леваки, они абсолютно аполитичны. Просто ребята захватили себе пространство для жизни и совместно время от времени отбиваются от полиции. Для обычных работяг мигрантов, поляков например, сквоттирование вынужденный образ жизни. Среди анархистов-сквоттеров достаточно много бездельников, которые целыми днями курят травку и играют в видео-приставки.

На самом деле, все эти сквоты и социальные блага — это заслуги старших поколений. Тех людей, которые действительно боролись за свои права.

На твой взгляд, как в разных страны Европы ощущаются последствия первой волны экономического кризиса?

Кроме Голландии, я был в Бельгии, Люксембурге, Германии, Франции и Польше. В Европе вообще принято постоянно вести разговоры о кризисе, это чувствуется. В Голландии все более менее благополучно — безработица всего около 4%. В Бельгии в глаза бросались огромные офисные центры, целые небоскребы, которые попросту пустуют. Раньше в них были офисы каких-то обанкротившихся корпораций. Теперь они им больше не нужны, а продать их тоже некому. В целом большинство европейцев ощущают утрату многих социальных гарантий за последние годы.

Многие думают, что в Европе жизнь однозначно лучше, чем в России. Все это очень субъективно. Я все-таки родился и вырос в Москве, где, в принципе, было и есть много возможностей реализовать себя, по крайней мере по сравнению с провинцией. Я в свое время закончил художественную школу, ювелирное училище, стал профессионалом своего дела и мог бы сейчас в Москве зарабатывать большие деньги. А здесь у меня гораздо меньше возможностей, хотя бы в силу языкового барьера. Ну и конечно, есть ментальные различия. Здесь в Западной Европе быть русским, это почти также, как быть родом откуда-то из Сомали. Тебя достаточно своеобразно воспринимают. С другой стороны, иногда особое отношение к русским помогает. Если столкнешься с каким-то грубым поведением, достаточно сказать «I’m from Russia» и выругаться по-русски. И будь пред тобой хоть голландец, хоть мароканец все тут же предпочтут не связываться с тобой.

Работа Дениса Солопова, выставлявшаяся в июне 2011 года в московском Сахаровском центре
Работа Дениса Солопова, выставлявшаяся в июне 2011 года в московском Сахаровском центре

Какие события произошедшие в России за время твоего отсутствия больше всего тебя заинтересовали?

Естественно, все события связанные с протестами против результатов выборов. Могу сказать, что отсюда, со стороны, многие наши оппозиционные активисты смотрелись достаточно наивно. Хотя справедливости ради стоит сказать, что определенная победа гражданского общества уже одержана. Проснулись обычные люди, простые граждане, готовые выразить свое недовольство и проявить гражданскую активность.

Ну еще меня сильно беспокоит ситуация с репрессиями в отношении антифашистов. Все чаще моих друзей и знакомых сажают в тюрьмы по сфабрикованным обвинениям. Это дела, в которых фигурируют Алексей Олесинов, Антон Фатулаев, а также антифашисты из Нижнего Новгорода.

Самым вопиющим случаем является арест моего так называемого «подельника» Игоря Харченко. Хороший пример того, как штампуют дела подобного рода12. Согласно показаниям какого-то тридцатилетнего алкоголика-неонациста, я вместе с Игорем напал на него. Но есть одна несостыковка. В тот день, когда якобы произошло нападение, 4 июля 2010 года я находился на территории Турции! И вот на основании слов какого-то маргинала и несмотря на объективные доказательства его лжи, сотрудники правоохранительных органов сажают абсолютно невиновного антифашиста и продолжительное время держат его в заключении.

Подобных ситуаций — море. Всюду появляются какие-то мутные свидетели, которых на допросы и в суд тащат перевозбужденные оперативники. Дальше они несут любую нелогичную чушь, которая ложится в основу абсолютно серьезных обвинений. А когда приходят свидетели защиты, со всеми документами, доказательствами, неопровержимым алиби и так далее, их игнорируют. Когда на одного свидетеля обвинения приходится восемь свидетелей защиты, это никого не волнует. Людей сажают на ровном месте, принимая на веру любые утверждения обвиняющей стороны.

Поражает с какой легкостью молодым людям дают большие сроки. Все эти полицаи, прокуроры, они же с тюрьмой на самом деле даже и не сталкивались, они не знают в какие условия отправляют людей. Они только думают, что знают о наших тюрьмах, но даже не представляют, каково это испытать на своей шкуре. Молодых здоровых ребят думающих, не убийц, не преступников, по явно сфальсифицированным делам отправляют в лагеря, где вокруг один героин, и такая атмосфера безысходности, про которую можно отдельно рассказывать часами напролет.

И все-таки, на этом фоне, тебя устраивает жизнь в Европе или ты планируешь вернуться?

Конечно, у меня сейчас одно главное желание — вернуться на родину, в город-герой Москву. Я раньше никогда не был в Европе. Из заграницы был только в Украине, Турции и Молдавии. А теперь я вдоволь насмотрелся и на сытую жизнь. И когда размышляю о своем возвращении, о том как люди живут в нашей стране, то мне в голову приходит одна очень простая на первый взгляд мысль. У нас же самая богатая страна!

В Голландии, в которой из природных ресурсов ничего по сути нету, люди живут вполне неплохо. Экономно, но очень сносно, даже с некоторыми излишествами. А у нас ведь богатейшая страна. Нефти, алмазов, золота, и всех ресурсов у нас столько, что мы могли бы развиваться, и развиваться очень быстрыми темпами, улучшая жизнь, буквально на глазах. Вместо этого огромные средства оседают понятно где, в том числе и в Голландии, кстати. Вот говорят, Якименко во Франции домик себе купил тайком. С какой стати он это заслужил? Что он на своем посту сделал для молодежи? Он же даже своих нашистов тотально обделял деньгами, практически все время. И все эти футбольные хулиганы-неонацисты, которые продают себя за копейки, пока он наваривается. Почему простые люди у нас этого не понимают?

Взять даже людей, которые выходят сейчас на площади. По сути они возмущены только тем, что их обманывают уже совсем в наглую, открыто. То есть они терпели, когда их, мягко говоря, кидали все последние двадцать с лишнем лет, а сейчас возмутились, когда им просто уже в глаза плюют.

Когда чиновники по всей стране установили эти камеры, многие люди обратили внимание не столько на голосование, сколько на сами избирательные участки в провинции. Смотришь какую-нибудь школу в Костромской области, сразу видно как люди живут. Там линолеум, которому миллиард лет, парты хуже, чем в Приднестровье каком-нибудь. Да там никто не знает, кто такой Прохоров этот. Там одна антенна, два канала федеральных и алкоголизм повсюду.

В общем хотелось бы вернуться в страну готовую к переменам. Конечно, не хочу никакой кровавой революции, но чего ждать — пока не понятно. Хотя, думаю Путин продержится до конца своего нового срока, а уже потом действительно начнется тотальное недовольство. Никакой рокировки, как тогда, когда похмельный Ельцин передал власть своему новому преемнику, у них уже не прокатит.

Интервью размещено в интернет-журнале Рабкор.ру

Фотографии: Константин Гузь

Примечания

  1.  В Москве против антифашистов снова фабрикуют уголовные дела // Антифа FM
  2.  «АнтиФа» записали в экстремисты // Антифа FM