«Нам нужна кристально чистая правда»: суды по делу «Сети»

Фото: Давид Френкель / @merr1k

В Дзержинском районном суде 19 октября в очередной раз продлили аресты фигурантам дела «Сети», причём в отсутствие одного из обвиняемых. Виктора Филинкова никак не доставят в Петербург после следственных действий. Как и прежде, заседания прошли в закрытом режиме. Но на этот раз приставы ещё и перекрыли проход на второй этаж, где находился зал суда. Слушателям предлагали остаться у канцелярии и не мешать работе конвоя.

Каждый раз в дни заседаний по продлению ареста антифашистов Виктора Филинкова, Юлия Бояршинова и Игоря Шишкина сотрудники Дзержинского районного суда как будто готовятся к осаде. Нашумевшее дело «Сети», якобы межрегионального сообщества, планировавшего организацию терактов для свержения власти в стране, рассматривается в закрытом режиме. Но от заседания к заседанию приходит всё больше желающих поддержать обвиняемых, сообщивших о пытках ФСБ.

В прошлый раз, 19 июня 2018 года, Дзержинский суд усилился приставами из других судов. Всех слушателей они держали на небольшом участке в конце коридора. Когда люди зааплодировали одному из конвоируемых арестантов, начали кричать на собравшихся, схватили фотографа «Медиазоны» Давида Френкеля, разбив ему очки, и составили на него протокол за неисполнение законного требования судебных приставов (ст. 17.3 КоАП). На днях Френкель доказал свою правоту в суде.

19 октября всё прошло спокойнее. В качестве подмоги вместо дополнительных приставов позвали полицию. Полицейские дежурили у входа в суд и время от времени ходили по его коридорами, но напоминали о себе редко. Приставы уже за полчаса до начала первого заседания перекрыли лестничный проход на второй этаж, где находятся залы суда. Всем пришедшим они предлагали остаться у канцелярии, на первом этаже, потому что рассмотрение ходатайств о продлении арестов и так пройдут в закрытом режиме. На вопрос, откуда им это известно, ответила внезапно появившаяся помощник председателя суда Елена Красоткина. Она сообщила, что судья Лариса Бражникова приняла решение закрыть все четыре заседания ещё 15 октября.

В итоге на второй этаж пустили только журналистов, у которых при себе были пресс-карты, адвокатов и родственников обвиняемых. Последним пришлось объяснять, что они свидетели и их могут пригласить для дачи свидетельских показаний. В ожидании обвиняемого Виктора Филинкова в сопровождении конвоя судебные приставы соорудили вторую линию обороны — поставили скамейку поперек коридора, чтобы и журналисты «не мешали конвоированию».

Но ни конвоя, ни обвиняемого не было. После 30 минут ожиданий к прессе вышел адвокат Филинкова Виталий Черкасов. Он сказал, что его подзащитный ещё находится в нижегородском СИЗО-1. В отличие от других фигурантов, Филинкова не успели доставить к заседанию по продлению ареста из Пензы, где он участвовал в следственных действиях. Черкасов также сообщил, что по решению следователя, его подзащитный теперь будет находиться не в Следственном изоляторе № 6 поселка Горелово, а в СИЗО-3 на Шпалерной улице, в котором содержатся Шишкин и с недавних пор Бояршинов.

Адвокат ходатайствовал об отложении заседания либо до возвращения Филинкова, либо до момента, когда с ним можно будет установить видеосвязь. Теоретически Бражникова могла это сделать — арест антифашиста действителен до 23 октября этого года. Но судья отказала, и Филинкову в его отсутствие продлили арест до 22 января следующего года.

Когда подошло время рассмотрения меры пресечения Юлия Бояршинова, на первом этаже собралось уже не менее 30 человек. Многие из них не хотели оставаться у канцелярии и подходили поближе к приставам, охранявшим проход на лестницу. Приставы злились и просили людей отойти. Устав спорить, они даже позвали дежуривших полицейских, но те только попросили слушаться работников суда.

В ожидании решения судьи Бражниковой родители Бояршинова делились впечатлениями от недавнего посещения выездного заседания Совета по правам человека, на котором обсуждали тему пыток в Петербурге.

— Большое спасибо тем, кто организовал эту встречу. Но хотелось бы поскорее получить от неё результат, чтобы не получилась так, что мы просто пришли выговориться, — поделилась с ЗАКС.Ру мама антифашиста Татьяна Копылова.

Отец, Николай Бояршинов, в свою очередь рассказал, что за девять месяцев ареста сына (Юлия Бояршинова полицейские задержали 21 января, когда нашли у него 400 грамм дымного пороха, к делу «Сети» его приобщили только в апреле) ему удалось получить свидание только один раз.

Днем раньше Николай Бояршинов тоже выступал на заседании СПЧ. Он, в частности, рассказал как сокамерники в СИЗО-6 «Горелово» давили на его сына: избивали и заставляли фотографироваться с сигаретой в зубах. По словам отца, этот снимок был нужен администрации изолятора, чтобы обосновать отказ в переводе арестанта в камеру для некурящих.

— У нашего сына слабое здоровье. Из-за этого он, видимо, не подошёл под процедуру пыток и нашли достойную замену: почти полгода ада в «Горелово». Местные камерные активисты уже практически работают в ФСБ. Они занимались фактически дознанием. Они знали факты, которые могли знать только в ФСБ, — говорил отец антифашиста удивленным правозащитникам из Москвы.

Юлия Бояршинова каждый раз конвоировали по коридору под аплодисменты с первого этажа. Перед оглашением постановления суда он, проходя, успел сказать родителям: «Всем привет». После оглашения на первом этаже запели песню группы «Truckdrivers»:

«Не нужна нам с наручниками свобода.
Нам нужна кристально чистая правда.
Ты можешь её просить у баррикад
Или верить в закон и право».

Конвоируемый улыбнулся, и вскоре его увели за поворот. Бояршинова, как и Филинкова, оставили под стражей до 22 января.

Тем временем, на первом этаже приставы принялись запугивать группу поддержки. Приставы решили, что зачинщиком пения стала Евгения Кулакова. Её уже повели на пост судебных приставов для составления протокола по статье 17.3 КоАП, но после вмешательства правозащитника Динара Идрисова ограничились выговором.

К началу заседания по продлению ареста Игорю Шишкину на первом этаже уже почти никого не осталось. На второй поднялись его жена и мама. Шишкин, уходя по коридору в сопровождении конвоя, успел сказать им: «Привет-привет». Другой возможности увидеться уже не было. Вскоре после начала заседания приставы потребовали, чтобы журналисты и родственники покинули здание суда. На часах было 16:51, и суд в пятничный, сокращенный день, по словам приставов, уже закрывался. На просьбу позволить остаться и узнать решение судьи они только развели руками и сказали: «Мы вам и так 6 минут подарили».

Решение стало известно из сообщения объединенной пресс-службы судов Петербурга. Всем троим антифашистам продлили арест до 22 января 2018 года. В общей сложности, каждый из них проведет примерно по году в СИЗО. Когда закончится расследование неизвестно, но, по словам адвоката Виталия Черкасова, судя по всему, завершение следственных действий «не за горами».

Сергей Еремеев
опубликовано 19.10.2018 на сайте «ЗакС.Ру»