Ложь милиции и СМИ. Очевидец о событиях в Костроме

Редакция сайта уже писала о последних репрессиях правоохранительных органов в отношении активистов антифашистского движения. На прошлой неделе сорваны два панк/хардкор концерта — в Костроме и в Жуковском — на которых было задержано в общей сложности более трехсот человек. Столь масштабная операция милиции не смогла остаться вне зоны внимания СМИ. Вот только сообщения, появившиеся на лентах новостных порталов и информационных агентств, носили зачастую однобокий и крайне поверхностный характер.

Журналисты не озаботились изучением ситуации, опросом очевидцев, поиском свидетелей и каким бы то ни было мало-мальским расследованием случившегося. В их «материалах» представлена только одна сторона — сторона официальных властей, которые всеми силами пытаются извратить суть происходящего. Ниже мы приводим рассказ очевидца событий в Костроме, из которого вы сможете сделать вывод, что ситуация обстояла, мягко говоря, не совсем так, как говорит милицейское руководство.

Кострома. Как это было на самом деле

У меня есть традиция: каждый раз, как возвращаюсь с антифашистского концерта или митинга, сразу лезу в Интернет и смотрю чего там про нас написали, каких фотографий сделали. Интересно каждый раз видеть, как события преподносит пресса, как они воспринимаются людьми. Бывает по-разному — иногда читаешь хвалебные отзывы об антифашистах, иногда напротив видишь о себе вранье и грязь. Однако то, что я прочитал, вернувшись с несостоявшегося концерта в Костроме, не лезет уже ни в какие ворота. Представляемая сотрудниками милиции версия настолько чудовищно искажает правду, что порой я смеялся в голос, читая заявления ментов.

С другой же стороны не так уж и смешно. Ладно бы менты просто врали — неприятно то, что антифашистское движение пытаются выставить какой-то группой шпаны, которая «мусорила на набережной и ругалась матом». Ниже я попробую пролить свет на то, что реально происходило в Костроме, и какова в действительности была роль милиции, во всяком случае, как это выглядело со стороны непосредственных участников.

Приехали в Кострому из Москвы мы около восьми вечера, и пару часов просто стояли на какой-то площади. В географии Костромы я не ориентируюсь, поэтому без названий. До сбора на набережной оставалось около трех часов, и мы просто общались с ребятами.

Несмотря на заявления милиции о том, что она «охраняла» нас от нападения, все менты и ОМОН были сосредоточены только на набережной, а сам же город был практически пуст. Добираться было довольно опасно, как раз перед нашим приездом в город появилась информация, что в Кострому прибыли несколько крупных группу ультраправых, которые узнали о готовящемся концерте. В частности, недалеко от нашей группы терлись несколько типов, одетых в «правый» casual и явно имеющие к нам интерес.

Было ясно, что идти до набережной самостоятельно рискованно, и поэтому местные антифашисты (а вовсе не милиция) организовали нам сопровождение, дабы оказать поддержку в случае нападения ультраправых. Кто-то из ребят сразу нас предупредил, чтобы мы не прыгали на нацистов первыми, если вдруг их увидим, и вообще не велись на провокации. Дословно местные нам сказали, что «в городе Центр "Э" стравливает нас с фашистами и сливает ультраправым информацию о наших мероприятиях».

По дороге к кораблю какие-то ребята, вроде бы ультраправые (а может быть и просто шпана), делали словесные выпады в нашу сторону. Численное преимущество было на нашей стороне, но мы воздержались от силовых акций, помня о готовящейся провокации. Очень уж хотелось, чтобы вечер прошел спокойно. Было желание мирно сесть на корабль и послушать хорошую музыку, и поэтому мы проигнорировали правое кудахтанье. Ну не для того мы в конце концов тряслись восемь часов в автобусе из Москвы, чтобы из-за каких-то отморозков пропустить концерт.

Вместо концерта публику ждали наряды милиции

А потом мы оказались на пристани. Первое, что бросилось в глаза — огромное количество ментов. Было чувство, что их там собралось не меньше, чем нас. На корабль долгое время не пускали, и мы стояли и мерзли на улице. Пожалуй, единственный правдивый момент из рассказа милиционеров — то, что мы заставили клочок набережной, где мы ожидали посадки на корабль, бутылками. Ну, тут сами понимаете, не было выбора — вечер, другой город, теплая дружеская компания, а ты в оцеплении ОМОНа и тебя не пускают на корабль. Куда девать тару? В общем, бутылки и вправду были, но вот то, что мы все поголовно были пьяные и дебоширили — мягко говоря, преувеличение. Рамок приличия никто не переходил.

Милиция показывает на карте достопримечательности города

Отправление корабля задерживалось, и мы с другом решили пойти что-нибудь прикупить съестного, так как уже начал подступать голод. По дороге за нами увязались какие-то мутные типы, и на всякий случай мы свернули с маршрута, когда увидели возле дороги лежащего на асфальте в лужи крови парня. Я с ним как раз ехал в автобусе — до этого были не знакомы, познакомились уже непосредственно перед отправлением.

Возле пострадавшего уже стояло несколько наших ребят, толпился ОМОН, ждали скорую. Произошел обычный в общем-то сценарий: двое отошли в магазин, и когда они оказались одни, со спины на них прыгнули 15 нацистов. Ударили ножом два раза по ногам и убежали. Все произошло за секунды, и поэтому даже лиц толком не запомнили, не говоря уже о том, чтобы оказать сопротивление. Это самая обычная тактика нацистов — напасть толпой на самого плохо защищенного, желательно со спины и с ножом. По-другому не умеют.

Прибывшая скорая сказала, что ноги у парня заживут, и все будет хорошо. Надеюсь, не соврали.

Как раз в этот момент произошел еще один конфликт: один из наших парней стал возмущался тем, что милиция вместо того чтобы ловить настоящих преступников, которые толпой нападают с ножами, занимаются срывом концерта и «прессингом» антифашистов. В ответ на это какой-то мент его схватил и начал бить. Парень пропустил как минимум один очень крепкий удар кулаком в лицо, мы попытались отбить его у ментов, но не удалось — ОМОН нас оттеснил, хоть и не стал сразу забирать. Видимо, опасались сопротивления со стороны посетителей концерта. «Приняли» в результате только того парня, которому досталось по лицу.

К тому времени на корабль уже начали запускать. Как стало понятно после, это было сделано специально, чтобы нас разделить для более простого приема. Когда где-то половина человек поднялась на борт, вход неожиданно перекрыли, а через несколько минут перестали даже выпускать с корабля обратно.

Здесь надо заметить, что заявление ментов о том, что «Пассажиры, зайдя на теплоход, начали его раскачивать» — не более чем чья-то бурная фантазия. Хотя понятно в каком направлении фантазия работает. Движение пытаются выставить толпой невменяемых малолеток, которые не могут собраться без поножовщины, качают лодки, да еще и набережную загадили. Звучит правда эта ментовская ложь настолько бездарно и неправдоподобно, что в принципе я лелею надежду, что значительная доля читателей СМИ не поведется на этот бред. Хочется верить, во всяком случае.

А потом начали «принимать». Вначале совершенно по непонятным причинам «приняли» наших музыкантов. Потом начали выхватывать нас по отдельности и волочь в автобусы. В какой-то момент пришел какой-то ментовской начальник, который объяснил, что в связи с тем что порезали нашего друга, нас всех должны опросить как свидетелей и предложили пройти в автобусы ОМОНа мирно. Обещали, что займет это не много времени и нас вернут на корабль, но понятно было, что это вранье. Тем не менее отбиваться от ОМОНа смысла я не видел (хотя кому-то все же удалось избежать задержания), к тому же там уже приняли моих друзей, так что я прошел без сопротивления.

Допросы в отделении

В центральное отделение нас доставили, наверное, около сотни человек. Мы довольно долго парились в отделе, прежде чем нас начали таскать на допросы, хотя в это время мы не скучали — нас развлекали два каких-то молодых опера (кстати, за весь вечер нам не представился вообще ни один мент, хотя мы требовали). Молодые опера ругались на нас матом, предлагали отдельным ребятам «выйти поговорить», угрожали насилием. Манера разговора у сотрудников была как у гопоты: «Слыш ты чо не поэл? Ща выйдем получишь у меня!» и все в таком духе, только еще и с матом. Правда, эти двое ублюдков куда-то довольно быстро пропали и дальше стало более-менее спокойно.

В целом остальные менты вели себя вполне пристойно, во всяком случае насколько позволяла их натура (справедливости ради надо сказать, что один даже выразил нам сочувствие). Но это, конечно, если закрыть глаза на «мелочи» вроде того, что меня не понятно на каких основаниях сфотографировали, сняли мои отпечатки пальцев да и вообще говоря задержали. Некоторых из наших ребят немного «приложили» кулаками, но в целом совсем уже вопиющего беспредела в этот раз почти не было. Могло быть и хуже. Типичных ужасов, происходящих обычно с задержанными в отделениях милиции, в этот раз удалось избежать почти всем.

Хотя когда я сидел на допросе, из кабинета напротив доносились звуки побоев и истошные крики. Когда опер заметил, что я кошусь в направлении криков, спросил:

— Хочешь туда?
— Нет, — честно ответил я.
— А придется.

Но обманул — и на том спасибо. Однако на ребят, которых приняли с «оружием» (в основном перочинные ножи и баллоны с газом), пытались повесить нападение на своего же парня. Ментам пытались объяснять, что все принесенное — для обороны как раз от нацистов, без которых мало какое мероприятие обходится, и что конфликтов со своими ребятами у нас в принципе не бывает. Менты на это не реагировали, продолжая гнуть свою линию о том, что «нормальные люди на концерты такой арсенал не берут». Типа нас милиция и так охраняет — зачем нам еще средства самообороны. А о том, что нацисты бросаются на наших парней и девчонок с ножами чуть ли не каждую неделю и милиция не вмешивается — это они не знают и знать не хотят, списывая все на субкультурные разборки среди «своих».

В общем разговор с ментами как всегда был тупиковый — понятие «самооборона» им вообще не знакомо, а если кто-то еще и поставил ирокез не дай бог — то обязательно наркоман. Здесь уместно заметить, что всех нас обыскали с собакой на наличие наркотиков. Несмотря на то, что загадочным образом на корабле обнаружилась сумка с гашишем, все участники концерта оказались чистыми. Тоже показательно, между прочим, — особенно при том, что некоторые новостные издания с легкой руки милиции прямо характеризуют нас как «обдолбанных».

Учитывая, что владельца сумки с гашишем так и не нашли, а перед тем, как впустить нас на корабль, менты все обыскивали (да и на входе тоже каждого «шмонали»), возникают недобрые подозрения в отношении связи милиции и появления этой сумки. В своем стремлении закрыть антифашистский концерт любой ценой они не остановились ни перед чем. Молодцы, выслуживаются, как могут, ничего не скажешь. Решили объявить концерт антифашистов наркопритоном. Хорошо, что хотя бы эта провокация вроде как провалилась.

В отделении

Кстати о составе людей на концерте. Милиция заявила: собирались «панки, готы и антифашисты». Обратите внимание, антифашизм для милиции — субкультура наравне с готами. Но если все же говорить о готах, то на самом деле в нашей компании они появились совершенно неожиданно на допросе. Когда спрашивали, о том, каких субкультур мы придерживаемся, отвечал кто во что горазд: «готы», «эмо», «космонавты», «математики», «экологи» — кого только не было. «Космонавтам» и «математикам» вроде как не поверили (хотя я и вправду математик), а вот готов выволокли в официальное заявление, хотя конечно реально никаких готов там не было и в помине.

Вообще менты проявили полную неосведомленность. У ребят, которых доставили в другое отделение, спрашивали, не являются ли они «скинхедами» и не разделяют ли идей нацизма. Было такое ощущение, что менты вообще не понимали что происходит, кто мы такие и зачем приехали, а просто выполняли чей-то приказ сверху закрыть концерт. О несогласованности концерта и неорганизованности так же вранье — милиция была поставлена в известность о готовящемся концерте заранее.

Какие-то органы власти из большого перечня не предупредили, но это уже формальная придирка, насколько я могу судить. Если же говорить о реальных причинах нападения на нашего парня, то произошло оно как раз из-за того, что нас просто не пускали на корабль затягивая время и дожидаясь, пока кто-нибудь отойдет от общей группы и на него нападут. Организаторы же концерта напротив сделали все возможное для нашей безопасности, за что им кстати большое спасибо, — каждую группу встречали и провожали до точки сбора, другие ребята прочесывали местность с целью обойти потенциально конфликтные ситуации, и если бы не эти действия, то ещё не известно сколько могло бы быть пострадавших.

Понятно, что так же является ментовским бредом и то, что организаторы концерта «самоустранились». Не «самоустранились», а просто их никто не выдал. Пользуясь этим менты пытались посеять сомнения в наших рядах. Говорили, что «вот вас кинули — организаторы все теперь на вас свалят и никому вы не нужны», хотя не смотря на то, что об организаторах мы все молчали как рыбы, сами организаторы не скрывались и вели переговоры с милицией как задолго до концерта, так и после задержания.

Вообще есть такое чувство, что милиция окончательно потеряла ориентацию в уличных движениях, и от того в горячке хватает всех подряд, пытаясь обвинить любого попавшегося во всех смертных грехах и мешая в одну кучу абсурдное, пытаясь потом сохранить мину, выдумывая для прессы небылицы вроде «готы раскачивали лодку».

Причины этого мне, если честно непонятны. Активисты «антифа» регулярно проводят легальные мероприятия, собираясь на пикетах и разъясняя свою позицию, доносят информацию до общественности о том, что происходит на улицах в связи с неонацистским насилием, но милиции это все как об стенку горох. Количество убийств зашкаливает за все мыслимые пределы, а органы правопорядка в упор не видят проблемы и ничего не делают, наказывая вместо этого тех, кто как-то пытается противостоять ультраправому террору. То ли власти боятся вообще любой организации граждан, какие бы мирные цели граждане не преследовали, то ли это все от некомпетентности, то ли ультраправые проникли во все структуры наших органов правопорядка — я не знаю и не буду строить догадок.

Единственное, что мне кажется очевидным, так это то, что если все продолжится в том же духе что и сейчас, и милиция не одумается, закончится это плачевно абсолютно для всех. И для простых граждан, которые погрязнут в ультраправом насилии, давно вырвавшемся за границы нападений на иностранцев и антифа, и для милиции, которая уже сегодня становится объектом атак обезумевших от безнаказанности ультраправых, и, кстати, для самих же ультраправых, которые в силу недостатка мозгов зачастую являются разменными монетами в провокациях Центра «Э», что видимо и случилось в Костроме. Это лишь догадка, конечно, но в свете всего мной увиденного чертовски правдоподобная.

Heller